Валентин Землянский о грамотном росте тарифов и выгодополучателях подорожания энергоресурсов

Ноябрь 13, 2018
Автор: Марина Ткаченко

 

Как видим, по разным причинам – энергетическая интеграция активируется повсеместно. Так почему так радикально и болезненно вопрос единых рыночных «паритетных цен» решается в Украине, и какие формы энергорынка наиболее приемлемы в нашей стране – говорим с Валентином Землянским.

Если предположить что Украина модернизировала отрасль и провела все необходимые реформы в энергетической сфере – единый энергетический рынок  ЕС будет нам выгоден так же, как и европейцам?

— То, что сегодня происходит у нас с ценами на газ выгодно: во-первых — государству, потому как под эгидой рынка можно продолжать увеличивать тарифы, тем самым вводя косвенный налог на большинство украинцев, либо реализовывать теневые схемы под прикрытием субсидий.

Во-вторых, это выгодно транснациональным компаниям, которые просто столбят место в Украине на перспективу. Имея мощный финансовый и газовый ресурс, они с легкостью выбросят с рынка любых национальных конкурентов.

 

 

МВФ — третий выгодополучатель. Рост тарифов ведет к росту номинального ВВП. А согласно реструктуризации украинских долговых обязательств «имени Яресько», рост выше 3% дает дополнительный доход кредиторам в размере 15% от суммы превышения ВВП. Если рост будет выше 4% — 40% от суммы превышения. То есть МВФ выступает банальным лоббистом западных ТНК (нефтегазовых и финансовых).

Если говорить о формате единого рынка, то ТНК — это не только «про газ». Такое – паритетное — положение ждет все услуги ЖКХ в Украине, выгодное для Европейского рынка, когда сюда зайдут их операторы?

В идеале — да. Более того, такие компании могут предоставлять услуги на смежных рынках. То есть, к примеру воду и э/э. Или газ и тепло. Но для рынка нужен один важный фактор, который отсутствует сегодня на Украине — платежеспособный спрос. Вы можете конкурировать только за потребителя с соответствующим уровнем доходов. В нашем же случае конкуренцию пытаются выстроить на субсидиях. То есть выстраивается очередная коррупционная схема, в которую будут втянуты, в том числе и международные ТНК, когда будет проводиться монетизация, и компании будут конкурировать за бюджетные деньги, а не за потребительские.

Так что же, государственное регулирование лучше, и монополия в том числе?

— В идеале в рынке нет ничего критичного, если он отрегулирован и учтены интересы всех игроков, как поставщиков, так и потребителей. В нашей ситуации это пока недостижимо. Поэтому, как цель в среднесрочной перспективе — рынок предпочтительнее. Но в условиях жесткого экономического кризиса и разбалансированности системы — это приводит к росту тарифов и энергетической бедности населения, когда люди не в состоянии получить необходимый объем энергии для биологического существования. Тем более, что все 4 года так называемых реформ у нас сохраняется госрегулирование во всех секторах энергетики, кроме продажи газа промышленности. Впрочем, импортный паритет в цене для промышленности был и до 2014 года.  

 

Сейчас не только в ЕС, но и на многих континентах страны объединены в единые энергетические рынки. Это и энергетическая биржа Nord Pool северных стран, включая Британию, и единый рынок Mercosur Латинской Америки… Вы могли бы сказать – там цены на газ понижаются? Может, в этом контексте,  словосочетание «рыночные цены» несло бы позитивные смыслы?

— Объективно цена повышается. Но, повышение соотносится с доходами населения, когда большая часть домохозяйств имеют финансовую и временную возможность приспособиться к новым тарифам. Практика свидетельствует о том, что рост тарифов не должен превышать 20% в год. Он должен быть анонсирован заблаговременно и растянут во времени: то есть происходить в 2-3 этапа. У нас же произошел резкий скачек тарифов, что и привело к обнищанию большей части домохозяйств.

По данным Eurostat, тарифы в Украине – самые низкие в мире. В то же время, только у нас самый большой процент от дохода люди платят за газ, энергию и все ЖКХ – около 40%.  Существует ли некий научно и практически обоснованный процент, на который можно повышать цены и на газ в том числе?

Есть. 15% от дохода на коммуналку. Если мы говорим о странах Восточной Европы, то рост тарифов там компенсировался мощными дотациями из ЕС. В Украине об этом говорить не приходится.

Если убрать все политические манипуляции вокруг данной темы и даже тот факт, что Украина – самая бедная страна Европы – на какие рынки нам лучше ориентироваться  — на Восточные (ОЭР) или Западные (ЕС)?

 

 

По моему мнению, Украине необходимо стараться соблюдать баланс. Восточный рынок — это ресурс по достаточно доступной цене. Западный — это правила и технические нормативы, которые начинают применяться и в странах СНГ. Но без шоковой терапии. Постепенно.

А если гипотетически представить, что мы перешли на абсолютное потребление только нашего газа внутренней добычи. В этом случае, можем мы снизить цены в два раза (или вообще снизисть цены) на газ и тарифы? И одновременно быть в едином энрегетическом рынке ЕС? То есть внешний газ получать по паритетеным ценам (с конкурентными условиями обслуживания), а наш — потреблять по нашим внутренним?

— На данный момент мы согласились в Ассоциации с ЕС о повышении всех цен до общих — паритетных. 

Тогда получается, что предвыборные лозунги всех без исключения кандиадтов — о снижении цен на газ — это откровенная ложь для сограждан, которые не разбираются в этом вопросе?

— Если в том формате ассциации, который подписан — тогда ложь. Если при пересмотре этих условий — то вполне может быть.

И последняя надежда — может ли собственная добыча газа сохранить нейтралитет Украины во всех смыслах – и политических и экономический и финансовых?

— Нет. Во главу угла должен быть поставлен вопрос эффективного использования энергоресурсов. И добыча собственного ресурса имеет весьма опосредованное отношение к данному процессу.

 

Комментарии 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.