О форматах обновления страны с Александром Гончаровым

Июнь 7, 2017
Автор: Марина Ткаченко

Медиа пространство  диктует не только скорость информационного потока, но и устанавливает топ темы обсуждений. Они почти всегда свежи, но не всегда актуальны. Break{Fast} отслеживает мировые тренды по степени их весомости и форматирует подачу материалов на взвешенных оценках. Сегодня на некоторые вопросы рубрики Газета о реальной ситуации в финансово-экономическом пространстве страны отвечает Александр Гончаров, директор Института развития экономики Украины, специалист в сфере инвестиционного бизнеса и трастовых фондов.

 

О долгах

     Есть множество разных ситуаций и решений в отношении займов МВФ и еврокредиторов. Какую бы вы стратегию посоветовали выбрать Украине. Продолжать наращивать долги, отказаться и объявить полный дефолт, ограничиться техническим дефолтом, реструктуризацию или ещё какой-то вариант?

      Еще в начале апреля так сильно ожидаемый четвертый транш кредита в размере 1 млрд. долларов США, который мы получили от МВФ, по сути, — это преддефолтный кредит. Конечно, есть потенциал девальвации гривны, и власти будут девальвировать гривну или – дефолт. Кстати, Украина с 2015 года реализует с МВФ 4-х летнюю программу расширенного финансирования, в соответствии с которой нам должны предоставить кредит на общую сумму в 17 млрд. долл. США.

И мы уже получили четыре транша: 5 млрд. долларов, 1,7 млрд. долларов и по 1 млрд. долларов — в сентябре 2016 и апреле 2017 годов. Правда, всё труднее и труднее Президенту Петру Порошенко менять политическую риторику на кредитные деньги МВФ.

     Поэтому лично я соглашаюсь с прогнозом агентства Bloomberg, которое ссылаясь на исследования 146 экономистов и аналитиков, предрекает Украине дефолт уже в этом 2017 году. Если же рассуждать, какую бы я выбрал стратегию для украинской экономики, отвечу кратко, общее здоровье любой экономики – это ее ВВП. В зависимости от этого и будет изменяться взгляд инвесторов на Украину.

Однако по итогам 2013 года размер ВВП Украины в долларовом эквиваленте составлял 177,834 млрд. долл. США, а прошлый 2016 год мы закрыли с объемом всего лишь 93,812 млрд. долларов. И как теперь спасать экономику страны? Вот почему нам сейчас надо говорить о необходимости  удвоения ВВП Украины в течение ближайших 5 -10 лет. Иначе никак!

     Причем, деньги появляются там, где есть доверие. Когда есть доверие – тогда в страну приходит иностранный капитал. Именно над этим сейчас надо работать Кабмину и Нацбанку. А пока сценариев развития событий в текущем 2017 году в Украине не так уж и много. Первый, — это резкая девальвация гривны, что будет означать жизнь по средствам с призовым бонусом в виде галопирующей инфляции, волн банкротств, потери финансовых сбережений, массовых увольнений… ну, собственно, многие еще помнят начало лихих 90-х.

Второй, — приток иностранных инвестиций в связи с проведением масштабной приватизации, правда, еще непонятно как «стратеги» придут к консенсусу в очевидных преддефолтных условиях.

     Третий — это очередные транши кредитов МВФ, и тогда уж точно будет чистая финансовая пирамида. С экономической точки зрения больше ничего не может быть. А реструктуризация госдолга по-украински — это когда нам один долг превращают в другой, но на более жестких условиях (это нам ярко продемонстрировала экс-министр финансов Наталья Яресько). Положа руку на сердце, надо честно сказать — дефолт Украины неизбежен. И, собственно, это не только моё мнение.

     И нам снова придется докапитализировать банки. Вот только вопрос, а где брать деньги? Скорее всего, Кабмин попытается возложить выполнение этой задачи на Национальный банк, что означает дополнительную эмиссию и рост инфляции.

Но я бы предложил переложить бремя докапитализации украинских банков, к примеру, на азиатские суверенные фонды – из Китая, Сингапура и других стран Восточной и Юго-Восточной Азии. Ведь в Азии очень большие объемы ликвидности, и они ищут, куда их инвестировать? И всё же, интересно, кого Петр Порошенко назначит ответственным за дефолт?

Ну, и, наконец, кредиты МВФ в Украину просто так не заходят, поэтому, вероятнее всего, будет повышен пенсионный возраст и созданы антикоррупционные суды. Но главное – власть уже обречена на снятие моратория по продаже сельскохозяйственных земель. Или самые лучшие угодья уже раскуплены?!

 

     Оцените МВФ в принципе – плюсы и минусы. Есть от них польза или нет, примеры и стратегии успешных взаимоотношений?

     Безусловно, дешевые кредиты МВФ нам нужны. Но еще больше для запуска экономики нужны, во-первых, меры по стимулированию малого и среднего бизнеса, включая бюджетное стимулирование; во-вторых, эффективные и сильные решения в денежно-кредитной политике и в привлечении зарубежных инвестиций; в-третьих,  необходимые структурные реформы. И только всё это в комплексе может дать желаемый результат.

     Ну, а зачем сейчас говорить о других странах, кому помог МВФ? Думаю, важнее самим понять, какой Украина должна стать и что для этого надо, какие использовать инвестиционные средства и кредитные ресурсы? И самое главное, что нужно сделать для развития нашего человеческого капитала, земли и производственного потенциала? Убежден, находясь сегодня на пороге Четвертой промышленной революции, нам нужна ставка на технологическое развитие и мощные инвестиции в человеческий капитал, современные технологические инициативы. Поэтому с коллегами думаем, как и что в этих тяжелейших условиях мы сможем сделать для науки, образования и здравоохранения? Ради последнего даже готовы идти на наращивание госдолга, но только внутреннего. Более того, категорически нельзя лечить финансово-экономический кризис только новыми кредитами МВФ.

 

 Итоги приватизации

    Вы имеете отношение к трастовым структурам. Как приживаются\ не приживаются трастовые структуры в Украине и в евразийских странах бывшего СССР? Общие тенденции.

     Очень хорошо помню, как в середине 90-х годов, а в то время я был гендиректором доверительного общества «Правэкс-Траст», многие мои знакомые чиновники из Кабмина и КМДА постоянно твердили, дескать, вот проведем малую приватизацию и, в частности, приватизируем жилье — и цены на оплату услуг ЖКХ резко снизятся. Затем, спустя несколько лет, от них же последовал еще один громкий лозунг, мол, создадим эффективного собственника – и цены пойдут вниз!

Наконец, в период президентства Л.Кучмы всё те же топ-чиновники стали ратовать за то, чтобы электроэнергетику, газ, воду как можно быстрее разделить на приватные «куски» — и тогда уж точно цены упадут!

Увы, все эти нацпрограммы оказались наглой ложью. Более того, сегодня все эти инженерные сети, трубы, теплотрассы и прочее – эксплуатировать просто опасно. За цены и говорить нечего – всё в руках олигархов, монопольно владеющими многими отраслями.

     Почему об этом так подробно говорю? Потому что с того периода начала 90-х так и не смогли наши народные депутаты принять проект Закона Украины о доверительной собственности или о доверительном управлении.

А если бы тогда они проголосовали за практику работы доверительных обществ, а не за их запрещение, то мы бы до сих пор вели персонифицированный учет и доверительное управление активами приватизированных объектов госсобственности, и не отчуждали бы у людей часть их собственности с помощью позднее введенных в обращение приватизационных имущественных сертификатов («ваучеров»).

И как итоговый результат, — сейчас все самые сладкие активы в руках олигархов, а цены на энергоресурсы и тарифы ЖКХ выросли до рекордных показателей. Может быть, теперь П.Порошенко что-то сделает для развития в Украине рынка трастовых или доверительных услуг?

 

 Об оффшорной «аристократии».

    В данном контексте всё сводится к классическому вопросу – правящие «элиты» как-то соотносят свои прибыли с перспективами развития страны или имитируют некоторую созидательную инвестиционную деятельность? Как вы считаете?

     Что тут говорить. Думаю, например, у нас уже всем стало понятно, что собственники украинских банков не расплачивались, и не будут расплачиваться со своими вкладчиками, как бы их не просили и не пугали финансовые власти. И до конца текущего 2017 года по оценкам экспертов будут признаны неплатежеспособными еще не менее 30 коммерческих банков. По-прежнему будут стоять у дверей банков-банкротов толпы вкладчиков в надежде получить хотя бы малую часть своих денег. Напрасно! Грубо говоря, владельцы банков, пользуясь сложившейся ситуацией, и дальше будут топить свои кредитные учреждения, а все живые деньги – выводить в оффшоры или воровать через «обнал». Сегодня мы являемся свидетелями невероятно мощной аферы под условным названием «зачистка банковской системы», организаторы которой заработали в общей сложности десятки миллиардов долларов США. Но вот вопрос, как об этом банкиры объявляют нашим общественным активистам?!

 Учитывая многолетнюю традицию участия миллионеров в политике и экономике страны, чем именно можно заинтересовать большой бизнес, чтобы он не стремился к управлению? Не «пресечь, закрыть и уничтожить», а заинтересовать. Или это невозможно?

     Наблюдая за динамикой принятия правительственных решений и реакцией рынка на заявления Премьер-министра и Главы НБУ, не трудно спрогнозировать, что наши золотовалютные резервы будут иссякать, импорт – дорожать, гривна – обесцениваться, зарплаты – уменьшаться.

В этой связи, в самом деле, почему наши финансово состоятельные граждане предпочитают «золотой матрас» вместо инвестиций в экономику Украины? Более того,  «профессионалы» во власти уже просто зашугали в доску наш малый и средний бизнес. Например, всё чаще украинский бизнес реструктуризируется, к большому стыду, таким образом, что в оффшорах создаются структуры не столько для уклонения от налогообложения, сколько с целью защиты активов. И никто до сих пор не знает, когда же наше право будет таким, чтобы бизнес был заинтересован развиваться именно в Украине. А это в свою очередь должно означать обеспечение надежной защиты предприятий от рейдерских атак, прозрачное и равное для всех налоговое законодательство, наконец, чтобы государство, исполняя правовые нормы, само четко выполняло свои предписания. Думаю, только после этого можно, как Вы отмечаете, говорить не о «пресечь, закрыть и уничтожить», а заинтересовать.    

   Что делать с так называемыми аффилированными лицами? Ведь во многих странах Бизнесы принадлежат именно семьям, которые влияют на политику  в мире, в той же Америке, Британии и т.п. Где грань между адекватностью таких семейных бизнесов у нас в стране (фермеры, пекарни, рестораторы, строители, модельеры) и тем случаем, когда перед нами возникают коррупционные схемы и так называемые, семейные кланы монополистов? Или с этим невозможно разобраться цивилизованно? Как заставить их капиталы работать на страну?

  Хорошо, а скажите, где этот «жирок» у нашего бизнеса, где эти семейные предпринимательские холдинги и их валютные излишки? В оффшорах? Ок! Тогда назовите этих бизнесменов-патриотов, кто вернулся из оффшоров в Украину. Есть названия компаний и фамилии их собственников или акционеров? Надо же с кого-то брать положительный пример. А негативных новостей и так предостаточно. Вот мы сразу и увидим, сколько предпринимателей и политиков доверяет нашим властям и государству. Это и будут конкретные шаги по возвращению доверия к действующей власти. И параллельно будем решать проблемы независимости судов, защиты прав частной собственности и прочее, прочее.

     Теперь — о декларировании огромных сумм, способных спасти экономику и социальную сферу страны, и последствиях для топ-чиновников и политиков не задекларировавших свои состояния.

Можно ли применить к ним настоящую амнистию капиталов?

Да, я бы применил в нынешних во всех отношениях тяжелейших экономических условиях. И вот еще одни парадоксы Украины: теряя активы, олигархи продолжают увеличивать свои состояния, например, состояние Ахметова сжалось в 5 раз, но после введения «Роттердам+» его семья вернула немалую часть капитала. Вот так и живем в сплошных парадоксах.

Соответственно, наша «элита», повязанная деньгами, думает, о семье, а не о государстве. И что теперь имеем? Вверху – украинский истеблишмент с «золотыми матрасами» и почти 0,5 млрд. долл. США налички, что сопоставимо с траншами МВФ.

Внизу – рядовой украинец с «минималкой» в 2300 гривен.

Вверху – в собственности элиты коллекции дорогих часов и вин, автопарки, яхты, самолеты.

Внизу – зарплата работяги, едва превышающая официальный прожиточный минимум.

 

   Есть ли у вас идея, как отформатировать оффшоры по отношению к законам Украины и с пользой для граждан? Или сделать оффшорной зоной Украину? Или, нечто сейчас не законное надо узаконить?

      Выходит, что так получилось, при нашем молчаливом согласии за довольно короткий срок был создан у нас целый класс оффшорной «аристократии». И теперь наша основная отличительная особенность – оффшоризация  украинского бизнеса. Правда, оффшорные институты особенно популярны в тех странах, где очень высокий риск утраты бизнеса. И у нас в стране давно пора защищать частную собственность от рейдерских захватов с помощью надежных правовых институтов, как это принято в государствах с качественными экономиками, а не выводить активы в оффшоры. Поэтому не надо бороться с оффшорами, надо просто вводить у себя на рынках высокие стандарты качественных экономик Запада, Азии и Америки. 

 

О форматах обновления

    Ваше видение именно в вашей профессиональной специализации – как вывести страну из кризиса, если  бы сейчас представилась такая возможность?

     Премьер-министр Владимир Гройсман сегодня пытается решить огромные проблемы с госдолгом самым простым и незатейливым способом – путем сокращения госрасходов. Проще говоря, чтобы уменьшить дефицит бюджета, его команда считает, что нужно налоги повысить, а расходы сократить. Но это угнетающе действует на реальный сектор любой экономики и сокращает шансы на её развитие. Поэтому для инвесторов, которые держат украинский долг, вырисовывается очень неприглядная картина. Для них процентная ставка становится выше, чем в реальном выражении, что в свою очередь означает – долг не обслуживаемый и будет и дальше расти.

     В этой ситуации, конечно, гособлигации надо сбрасывать. А кто их будет покупать? Только НБУ! Что на самом деле и происходит. Поэтому, например, Нацбанк и Минфин уже завершили переговоры о реструктуризации ОВГЗ на сумму 221,6 млрд. гривен. Для этого они также подготовили и проект постановления о репрофайлинге (реструктуризации выплат по обслуживанию и погашению ОВГЗ, которые находятся в портфеле Нацбанка): «В 2017-2020 годах Минфин должен обеспечить погашение свыше 50% ОВГЗ, которые находятся в собственности НБУ. В том числе, в 2017г. – 46,4 млрд. грн., в 2018г. — 58,5 млрд. грн. в 2019г.  – 78 млрд. грн., в 2020г.  – 47,9 млрд. гривен». И до 2019 года Украина должна отдать международным кредиторам 12,3 млрд. долл. США, а денег — нет!

А что бы я делал? Следуя опыту стран по успешному выходу из кризиса, в первую голову начал бы снижать уровень инфляции и процентные ставки по кредитам. Как это отзовется на запуске экономики? Очень хотелось, чтобы позитивно — с пользой для курса гривны и в целом для украинской экономики. И только бы над гривной не так часто нависали различные геополитические и военно-политические угрозы.

Кое-какое возрастание рисков, думаю, гривна еще может пережить. Так, в апреле мы скакнули с 27 до 28 гривен за одного «американца», дальше тормознулись, а сейчас в начале июня даже откатились до 26. Но расслабляться нельзя, так как курс гривны зависит от состояния платежного баланса. Вспомните заявление Главы НБУ В.Гонтаревой об ожидаемом дефиците текущего счета платежного баланса до 4,3 млрд. долларов США в 2017 году.

Да, есть такая штука платежный баланс, упрощенно — сколько денег пришло в экономику и сколько ушло из Украины. Вот сегодня у нас платежный баланс отрицательный. Поэтому нашим властям, хочешь – не хочешь, а придется ослаблять гривну. И соответственно многие эксперты сегодня говорят, покуйте «американца», скоро будет хуже. Я бы прислушался к этому мнению.

И что далее еще бы делал? Сознавая, что, во-первых, кризис далеко не завершен, основной задачей также считал бы развитие малого и среднего бизнеса, предоставляя ему максимум свобод.

Во-вторых, усовершенствовал бы госрегулирование всех сфер экономики и прежде всего банковского сектора, рынка ценных бумаг, страхового и негосударственного пенсионного обеспечения.

В-третьих, задачи по модернизации и инновациям в реальном секторе экономики не могут быть решены без кардинальных изменений антимонопольного законодательства, а также процедуры банкротства.

В-четвертых, надо оперативно и комплексно совершенствовать правовое регулирование в сфере управления корпоративной и государственной собственностью. Ну, пока достаточно.

 

Наконец, Украина – не Америка. Никогда и никто в украинской власти не ценил и не ценит экономистов. А вот в США экономисты самые уважаемые люди. Например, до начала кризиса 2008 года в США экономический рост продолжался 130 месяцев подряд! Что и говорить – золотой век! Каждый день солнце!

Но и после кризиса был рост ВВП США, например, в прошлом 2016 году он подобрался до 2%. Но это в Америке, а не в Украине. По-моему, самое худшее — надеяться, что кто-то нам поможет из-за рубежа. П.Порошенко и В.Гройсману надо самим собрать группу украинских (!) экспертов, которые будут думать над тем, какой должна быть экономика Украины в среднесрочной и главное – в долгосрочной перспективе. Создать свой «Национальный мозговой центр» для прогнозирования или планирования основных точек роста в экономике, а также для разработки Стратегий и Нацпрограмм с привлечением под их реализацию внутренних и иностранных инвесторов. Возможно, это будет новый и современный институт нашего общества. Именно новый, и именно другой.

 

Break{Fast}

Александр Гончаров окончил Киевский национальный экономический университет (магистр банковского менеджмента), с 1992 г. возглавлял фондовую брокерскую компанию при Украинской фондовой бирже.

С 1994 г. был директором Доверительного общества «Правэкс-траст», которое привлекало в управление приватизационные депозитные счета граждан.

В 1996 г. при технической поддержке USAID создал и был первым директором СРО «Украинской ассоциации инвестиционного бизнеса».

В 1997 г. создал группу компаний «GPI — інвестиції, фінанси», которая начала приватизацию Мариупольских металлургических комбинатов «Азовсталь» и «им. Ильича».

В качестве эксперта активно участвовал в создании Профессиональной ассоциации регистраторов и депозитариев . Вошел в первый состав консультационно — экспертного совета при Государственной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку.

Окончил специализированные учебные курсы в США (Вашингтон , 1994 г.) , Германии (Франкфурт — на — Майне , 1995 г.) , Франции (Париж , 1995 г.) , Турции (Стамбул , 1996 г.) , Польше (Варшава , 1998 г.). Автор более сотни публикаций в деловых печатных изданиях и нескольких циклов телепередач. Член Союза журналистов CCCР и НСЖ Украины

 

Беседовала Марина Ткаченко

 

Комментарии 0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.